Пацифизм в живописи
В конце XIX века живописцы все чаще стали обращаться к теме бессмысленной жестокости «человеческой бойни». Но усилий художников
Подробнее >>
Словарь >> оказалось недостаточно для того, чтобы предотвратить чудовищные войны XX столетия. Верещагин был одним из первых, кто возвысил свой голос против захватнических войн. Его военные картины
Подробнее >>
Словарь >> — равно Балканской и Туркестанской серий — всколыхнули общество.
Обе картины
Подробнее >>
Словарь >>, представленные на этой странице («После побоища Игоря Святославича с половцами» В. Васнецова и «Пораженные газами» Сарджента), написаны позже, чем верещагинский «Апофеоз
Подробнее >>
Словарь >>», — в 1880 и 1919 годах соответственно. И если в картине Васнецова «поле мертвых» все-таки окутано каким-то романтически-сказочным флером (кажется, что воины спят богатырским сном), то полотно Сарджента — это беспощадный и одновременно беспомощный взгляд в лицо войны.
Первой из двух страшнейших войн XX века, предсказанных шедевром
Подробнее >>
Словарь >> Верещагина. В 1871 году, когда создавалось его полотно, еще не было ни удушающих газов, ни бомб, ни биологического, ни ядерного оружия, но в пустых глазницах черепов, обращенных с холста
Подробнее >>
Словарь >> к зрителю, уже присутствовало предчувствие всего этого.
Первоначально «Апофеоз
Подробнее >>
Словарь >> войны» назывался «Апофеозом Тамерлана».
В Азии издавна существовал обычай отрубать врагу голову и приносить ее «начальству» в качестве трофея (это «представление трофеев» увековечено Верещагиным в одноименной картине). За голову «особо ценного» неприятеля доблестному воину полагался подарок — богатый халат или оружие.
Что касается пирамид из отрубленных голов, то впервые их начали складывать при Тамерлане (1336—1405). В новейшее время традицию
Подробнее >>
Словарь >> завоевателя продолжили среднеазиатские правители. В частности, сооружали такие «памятники
Подробнее >>
Словарь >>» кокандский хан и бухарский эмир. Еще в 1840 году их можно было встретить близ Ташкента.
Возможно, если бы Верещагин оставил за картиной
Подробнее >>
Словарь >> ее «историческое» название, она не вызвала бы такого резкого неприятия официальных кругов. Но художник считал, что «европейские
Подробнее >>
Словарь >> завоеватели ничуть не лучше азиатских, они такие же варвары».
Как раз в то время, когда он работал над «Апофеозом», в Европе
Подробнее >>
Словарь >> «открылся» новый театр военных действий
Подробнее >>
Словарь >>, — разразилась франко-прусская война. И Верещагин переменил название работы, придав ей обобщенное антимилитаристское звучание.
Немало пришлось выслушать мастеру
Подробнее >>
Словарь >> упреков по поводу «кровавости», «неэстетичности» «Апофеоза
Подробнее >>
Словарь >>». Они не трогали его. В письме к Стасову он так объяснял свою позицию: «Я сознательно решился дать другим взглянуть на отвратительные подробности войны...
Отсюда, а не из прихоти и платонической любви к крови, те непривлекательные сцены, за которые присяжные эстетики
Подробнее >>
Словарь >> не преминут упрекнуть автора... "Апофеоз
Подробнее >>
Словарь >> войны" — столько же историческая картина, сколько сатира, сатира злая и нелицеприятная».